Тренер юной искалеченной гимнастки Насоновой погибла при похожих обстоятельствах

Эти кадры облетели все спортивные эфиры. В ноябре 2019 года в Риге на соревнованиях разбилась наша гимнастка из Твери Евгения Асонова. Она получила перелом позвонков и повреждение спинного мозга более 80%.

Все это время рядом с 30-летней спортсменкой была ее тренер Елена Кустова. Именно Елена оказывала максимальную помощь Жене после трагедии, боролась за правду и всячески поддерживала свою ученицу.

Недавно журналисты «МК в Твери» взяли у Кустовой подробное интервью. Елена рассказала о том, что произошло в Риге, об отказе оборудования на соревнованиях, о проблемах, возникших с транспортировкой пострадавшей, угрозах со стороны чиновников, тяжелой и долгой реабилитации спортсменки. А на следующий день после той беседы мы узнали страшную новость: Елена погибла в Москве. С ней произошла роковая случайность, странно похожая на инцидент с ее подопечной. Именно поэтому этот разговор сейчас звучит особенно пронзительно. Интервью полностью посвящено здоровью и реабилитации подопечной Евгении и их «борьбе за жизнь».

Евгения Асонова.

Фото: Соцсети

Роковой обрыв

24 ноября 2019 года, 2nd International Air Athletics Championship в Риге. Именно там с Женей Асоновой случилось несчастье. Утром регистрация, далее подготовка, потом можно опробовать снаряд. На это дается всего полчаса, то есть на каждого участника по 30 секунд или минуте.

Вспоминает Елена Кустова:

— Приходим, регистрируемся, и практически сразу начинаются соревнования — времени на подготовку крайне мало. Женя выступала во второй части, в первой была детская категория, — вспоминает Елена. — После первой части был перерыв, во время которого некоторые могли потренироваться на снаряде. Мы пробовать снова не стали — ведь утром все осмотрели — и пошли готовить макияж и настраиваться.

Начиналась взрослая категория, где Женя была третьей в очереди. Перед ней выступили две спортсменки, и настал ее черед. Женя отработала, выполнила всю программу до конца. Почти…

Остался последний элемент, скольжение по полотнам, который, по словам Елены, не самый удобный из-за нагрузки на спину, но обязательный — за него начисляют хорошие баллы. Спортсмен должен «пролететь» расстояние больше своего роста. Примечательно, что на предыдущих соревнованиях Женя выполнила такое скольжение, но чуть не рассчитала расстояние, из-за чего элемент не был засчитан. 24 ноября, по словам Елены, все было рассчитано точно.

— Спортсмен как бы скользит по полотнам, потом тормозит, держа рукой отмеренную им высоту. Я следила за правильной намоткой, чтобы в случае ошибки поправить спортсмена и избежать происшествия. Но Женя все делает правильно. И вот когда она спускалась вниз, перед финальным торможением, оборвался трос. Мы все бросились туда, люди стали уводить детей.

По словам Елены, при осмотре снаряда она не нашла ни протекторов, ни дублирующих тросов, карабины не были замуфтованы, а машинка, которая вращает полотно, была заблокирована тросом. Соответственно, каждый участник вращал это полотно, только крутилась не машинка, а трос, и он в итоге не выдержал. Он мог порваться на любом участнике, по словам Кустовой. Также тренер сравнила такое падение с собственным опытом — за несколько дней до интервью она упала с лестницы. Говорит, сгруппироваться в такое короткое время падения физически невозможно.

Елена рассказала, что после трагедии все ближайшие соревнования со своими учениками она отменила — не могла эмоционально везти детей куда-то выступать.

— Я провела собрание, где объяснила, что это единичный случай. Иногда можно и по своей вине получить такую травму, допустив ошибку. Спорт — это риск, любой спорт — опасная для жизни деятельность. Люди должны быть готовы к травмам, и вообще сама никому не советую заниматься спортом из-за постоянной опасности. Даже несмотря на то, что спорт развивает детей и отвлекает нас от обыденности. В нем главное быть лучше, чем вчера.

Елена Кустова.

Фото: Соцсети

Уголовное дело, заминки, законы

— Травма была получена в Латвии. Организаторы изначально не считали себя виноватыми, но при этом проявляли интерес и старались как-то помогать, в том числе с транспортировкой Жени домой. Когда они узнали о том, что мы в день травмы написали заявление в полицию и там возбудили уголовное дело по факту инцидента, их отношение резко изменилось, разговоры о помощи прекратились. Они пояснили: раз заявление написано, помочь уже они не могут якобы по закону Латвии. Да и в принципе очень удивлялись, что мы куда-то написали.

Таким образом, возникла проблема с транспортировкой Жени в Россию: организаторы помочь отказались, а страховая компания этот вопрос максимально оттягивала, каждый день находя причину для очередной задержки.

— У Жени заканчивалась виза, и вот компания отказалась транспортировать ее без визы. Хотя консульство и пограничники готовы были выпустить нас из страны, — продолжает Елена. — После соревнований все представители РФ улетели из Риги, а мы остались. Нам поначалу помогала волонтер (со стороны Риги), мы вместе с ней обзванивали консульства, пограничные службы, ездили, договаривались.

В итоге через неделю Женю вывезла из Латвии страховая компания.

«Война» федераций против Интернета

— В России шел прямой эфир соревнований, и трагедию увидели тысячи зрителей. Там все были в курсе произошедшего, ситуация обрастала сплетнями, люди комментировали видео на форумах. А в Латвии у нас были с Интернетом проблемы, мы и не знали, что уже волна пошла, — вспоминает Елена. — Были и те, кто соболезновал, и те, кто обвинял саму спортсменку: она же выбрала экстремальный спорт, а тренер угробил человека. Но более интересный момент — нам говорили, что мы можем «сесть» за распространение информации в России, о которой мы на тот момент даже не подозревали, не имея доступа в Интернет.

Елену и ее воспитанницу донимали звонками:

— Просили удалить всю информацию из Интернета, с телеканалов. Только распространялась информация без нашей помощи, мы за ней не могли уследить. Когда Женя лежала в больнице в Риге, от нее тоже хотели, чтобы она «попросила» знакомых стереть видеозапись. Мы недоумевали: почему обращаются к нам? А в это время Федерация воздушной атлетики России (ФВАР) добивалась в Министерстве спорта признания этого вида спорта. И те соревнования в Риге были международными не случайно: их проведение показало бы Минспорту, что воздушную атлетику можно официально признать. Вот и Рига — недалеко, недорого, свои люди есть… Оставалось дело за малым — провести соревнования и взять призовые места. Тогда в министерстве приняли бы документы на рассмотрение. Поэтому наш инцидент пытались максимально утаить. И все равно, уже после происшедшего, документы приняли, однако в признании отказали.

Елена рассказала, что еще в Латвии Жене позвонили с предложением удалить все свои посты о помощи, посты друзей и их друзей, и только тогда ФВАР сможет начать сбор средств для помощи спортсменке.

— У них в планах было объявить официальный сбор, деньги переводились бы ФВАР, а уже потом федерация отдавала бы деньги нам на лечение. Меня лично попросили не распространяться о травме, удалить свой пост со всеми реквизитами, сказали, что так делать неправильно. Мы согласились, пост удалили — ведь пугали, что пока записи еще в доступе, выехать из Латвии мы не сможем, — поясняет Кустова. — Через несколько дней после трагедии на официальной странице ФВАР написала, что она эти соревнования не проводила и отношения к несчастному случаю не имеет, а организатором выступала Международная Федерация воздушной атлетики.

Женю транспортировали в Москву в реабилитационный центр первого МГМУ имени И.М.Сеченова.

— Федерация воздушной атлетики России перестала с нами общаться после того, как они оплатили лечение за три недели в центре Сеченова. После приезда из Риги Жене принесли договор, по которому они оплачивали три недели реабилитации. Женя его не стала сразу подписывать, там был странный пункт: лечение оплачивается при условии, что пострадавшие не комментируют причину получения травмы и ни на какие вопросы не отвечают.

Елена рассказала, что они пошли с этой бумагой к заведующему центром, и им уже потом выдали новый договор. ФВАР, по словам тренера, подписала его только после появления информации в СМИ. А дальше как лечилась Женя? Только благодаря пожертвованиям.

— Очень много откликнулось людей, переводили деньги, даже сейчас еще идут переводы, — рассказала Елена.

Дорога в спорт закрыта

Врачи говорят, что в спорт Асонова не вернется, Женя и сама это понимает: собрала все свои костюмы и отдала тренеру. Нет никакой гарантии, что она вообще сможет передвигаться самостоятельно и без мочеприемников: ведь сейчас она ходит в памперсе, и раза четыре в день надо сливать катетером мочу. Импульс в стопы так и не проходит, хотя даже после травмы у нее осталась хорошая гибкость.

Еще тогда, после операции в Латвии, врачи сказали, что Женя если и сможет пойти, то не раньше чем через год.

— Женя в июле 2020 года выписывалась из реабилитационного центра, в котором провела много месяцев. Ей надо было делать регистрацию, прописку, оформить инвалидность. Сейчас она вернулась в центр. Не могу сказать, что ее состояние сильно изменилось: она так и ходит на костылях, самостоятельно без опоры пока ни ходить, ни стоять не может. Она еще не чувствует заднюю поверхность ног, одна стопа так и не двигается, — рассказывает Кустова.

Елена отметила, что в медучреждении Женя каждый день занимается с тренерами: это индивидуальные тренировки, которые дают нагрузку на мышцы, на ноги, но есть и сложнее, и технологичнее: например, ходьба по дорожкам с сжатым воздухом (как в куполе) и с подвесной системой.

— Самое долгое восстановление было после второй операции, в феврале, она целую неделю пролежала в реанимации, — рассказывает Кустова. — Уже потом ее перевели в реабилитационный центр, где начались регулярные тренировки и попытки ходить с ходунками, а потом с костылями.

В разговор вступает сама Евгения.

— Даже во время реабилитации я иногда езжу домой к родителям в Тверь. Конечно, я буду продолжать бороться, однако в России процесс не особо продвигается, да и в Латвии тоже: уголовное дело возбуждено там, а все его фигуранты находятся в нашей стране.

Наш разговор состоялся 17 августа. А 18-го случилось страшное — нелепо погибла Елена Кустова. «МК» рассказывал об этом случае, удивительно похожем на ЧП с Женей: при ходьбе по натянутой стропе (слэклайн) отказало снаряжение. Только в случае Елены дважды: порвалась соединительная петля между шаклом (крепежом) и лайнлоком (механизмом для натяжения ленты), потом порвалась стропа, и лайнлок отлетел Елене в голову, причинив серьезную травму черепа. Врачи боролись за жизнь Елены, но спасти женщину не удалось. Редакция «МК в Твери» выражает соболезнования родным и близким погибшей.

— Костюмы, отданные Елене, я обязательно заберу назад, — сказала Женя. — И ни за что не продам. Оставлю в память об этой замечательной женщине.

«МК в Твери».

Источник: izvestia.ru

About The Author

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *